Координационный Центр по противодействию наркомании и алкоголизму

У вас проблемы с алкоголем и наркотиками? Вы не знаете, как жить с ВИЧ?

Координационный центр по противодействию наркомании и алкоголизму оказывает помощь наркозависимым, алкоголезависимым и людям, живущим с ВИЧ. В нашем центре действует система церковной реабилитации наркозависимых. Мы стараемся, чтобы каждый, кто пришел в Центр за помощью, почувствовал внимание и заботу. Коллектив наших сотрудников — священников, профессиональных психологов и добровольцев — помогает осознать болящим, что исцеление души и тела возможно!

Поддержать деятельность Координационного центра

Новости и события

Простить — значит впустить Бога в отношения

Завершается последняя подготовительная неделя к Великому посту. 10 марта – Прощеное воскресенье, особый день, когда православные христиане просят друг у друга прощения за причинённые обиды и стараются от души примириться. Вечером того же дня в храмах совершается особый Чин прощения: настоятель и все священники выходят из алтаря и просят прощения у прихожан. Прихожане также в свою очередь подходят к клирикам и просят прощения у них. А затем уже — друг у друга. Как научиться прощать, стоит ли после этого заново вступать в отношения с обидчиком, и как быть, если на прощение не хватает сил много лет, — мы беседуем с протоиереем Георгием Пименовым, штатным священником храма Воскресения Христова (у Варшавского вокзала) г. Санкт-Петербурга и сотрудником Координационного Центра по противодействию наркомании и алкоголизму.

Отец Георгий, предлагаю начать наш разговор с того, насколько важно для человека – прощать. И насколько это может быть тяжело или просто…

У преподобного аввы Дорофея был ученик – святой Досифей. В житии мы читаем, что он, будучи юношей, служил в больнице, ухаживал за людьми. И если случалось ему оскорбиться на кого-нибудь из больных и сказать что-нибудь с гневом, то он оставлял всё, уходил в кладовую и плакал. Другие жители больницы ходили утешать его, но он оставался неутешен. И они приходили к отцу Дорофею и говорили ему: «Сделай милость отче, пойди и узнай, что случилось с этим братом. Он плачет, и мы не знаем, отчего». И вот авва сначала поругает его за гнев, а потом скажет: ну всё, довольно, Бог простит тебя. Так вот, иногда бывает, ты начинаешь искать себе оправдание, что не можешь кого-то простить быстро, а здесь мы видим, что человек об этом плакал.

У нас же в жизни как обычно бывает? Семь миллиардов человек, живущих на земном шаре, мне, в общем-то, ничего не сделали. И, может быть, один-два человека досадили мне достаточно сильно, так, что я их видеть не могу и не хочу. И они не обязательно рядом. Они могут быть в прошлом или в другой стране, в другом городе. И вот их-то и нужно по-настоящему простить, или хотя бы плакать, как авва Досифей, что пока не можешь этого сделать.

Чин прощения, который совершается в храмах, – хороший обычай, но большей частью серьёзных обид друг на друга у нас нет. Однако же это напоминание о том, что у каждого из нас есть пара таких людей, которых не хочется видеть, но которых реально надо простить. И если я им просто позвоню со словами «давайте помиримся», но не прошло ещё время этого плача, сердце продолжает болеть, чувствуя какую-то несправедливость, прощения не произойдёт.

Мне кажется, что нужно осознать и честно себе признаться в том, где я нахожусь по отношению к своему обидчику: я на него до сих пор злюсь, я готов его сравнять с землёй, или я начинаю думать, что пора бы уже успокоиться, я готов вернуться к нему во взаимоотношения. Если мы глубоко об этом задумаемся, может быть, и чин прощения будет для нас более содержательным. Трудно представить, что те пятьсот человек, которые подходят в храме на чине прощения, все тебя обидели или ты им всем досадил. В монастыре, например, это происходит каждый день – друг у друга, начиная с игумена, просят прощения, и это действует очень умиротворяюще. Но потом всё равно вспоминается тот самый обидчик, с которым сохраняется непримирённость, и мир из сердца уходит.

Всегда ли прощение означает возвращение к прежним отношениям с человеком?

Так часто бывает, что прощение понимается, как возврат к прежним отношениям. На мой взгляд, это такая большая высота, что даже библейские патриархи ей не всегда соответствовали. Вот Иаков, можно сказать, «подсидел» своего старшего брата Исава в вопросе первородства. И через 21 год, возвращаясь от тестя своего Лавана, зная, что ему идёт навстречу Исав, испугался. Послал ему дары, разделив свой стан, у него было борение с Богом, видимо, Господь испытывал, насколько он неотступен в молитве, и в том числе о примирении с братом.

Укреплённый Самим Богом, Иаков встречается с Исавом и кланяется ему семь раз – это очень интересное место в Библии. Тот принимает от него дары, примиряется, но на совместное жительство с братом не идёт и уходит в свою сторону, а Иаков идёт своей дорогой. И они потом встречаются уже только на похоронах своего отца Исаака. Мне кажется, это библейский пример такого благоразумного прощения. Хотя, конечно, не та полнота, которой можно достигнуть. Всё-таки жить они вместе не стали.

Мы часто думаем, что примириться – это значит обратно подружиться, или, например, восстановить разрушенную семью. Иногда мужу и жене говорят: вы должны примириться — это ваш христианский долг и начать снова жить вместе ради детей. А у людей уже всё перегорело, обратно в эту реку больше не вступить. Как они могут возвращаться обратно и создавать семью?

В такой ситуации, я думаю, максимально, что возможно – это встретиться, как Иаков и Исав, поблагодарить друг друга за совместную жизнь, за детей, и идти дальше своей дорогой. В таком случае обычно люди создают новые семьи. И я лично не могу никого за это осуждать, я не могу применять к другим абсолютную меру и такие высокие планки прощения. Плакать как авва Досифей о своей неправоте, о том, что была какая-то ссора – это понять я могу, а вот чтобы быстро простить и вернуться в прежнее состояние, для этого, видимо, надо быть очень близким к Богу человеком.

Что можно посоветовать тому, кто очень хочет простить своего обидчика, но у него это не получается много лет?

Я думаю, тут можно вспомнить, что «без Меня не можете творити ничесоже» (Ин. 15: 5). Конечно, без Бога невозможно простить, нужна Его помощь. Так можно много лет носить в себе тяжелую обиду, которая будет разрушать тебя самого. Жить с этим трудно. Попробуйте начать молиться за человека, с которым произошел конфликт, предайте его Богу. Мне кажется, что сильная обида может быть ещё показателем глубокой связи с этим человеком. Значит, вас связывало что-то очень серьёзное, жизненное и человек для вас важен. Когда кто-то перестаёт быть важен, какая может быть на него обида?

Возможно, вас ещё связывает любовь – супружеская, или родительская, сыновья, дочерняя. Просто выражается она пока в форме обиды. И если я до сих пор жду от какого-то человека ответных чувств, то, может быть, я его люблю просто-напросто? Могу ли я его отпустить, доверить Богу и начать свою жизнь с нового листа – зависит от нашего желания. Может быть, для меня так были эти отношения дороги, что всё время присутствует эта ноющая боль, с которой других отношений мне не завязать. Я просто не верю, что с кем-то ещё могут быть такие глубокие отношения. Но я думаю, что любая неудавшаяся любовь лучше, чем какая-то поверхностная жизнь. Возможно, если есть это сильное чувство непрощённой обиды – показатель того, что в вас живёт любовь.

Не получается ли в таком случае, что если ты простил, значит, перестал любить?

Если ты всё-таки простил, значит, ты впустил Бога в эти отношения. Ведь если бы была воля Божия, например, не расставаться с каким-то человеком, тогда Господь сохранил бы это, не допустил, чтобы всё кончилось, разрыва не произошло бы. Но, может быть, люди были бы сильно зациклены друг на друге. Ведь бывают такие созависимые семьи, где других даже не видят, у них так тесно всё переплетено между собой. Зато, пережив расставание, ты начинаешь замечать людей вокруг – понимаешь, что вот этот страдает, тому плохо, у этих тоже не получилось. Ты их видишь, ты им сочувствуешь, если у тебя был опыт серьёзных и неудачных отношений. А ведь бывает так, что любовь просто ослепляет.

Так что прощение – это не только отношения двух людей, а встреча с Третьим Лицом – Богом в этих отношениях. Когда ты видишь Его реальное присутствие, Его воздействие на себя, на другого, допускаешь, что всё случилось не чтобы меня уничтожить, а, может быть, чтобы не зацикливаться на любви этого конкретного человека. Может быть, появится и другой, который будет более подходящим для тебя.

Как понять, что ты по-настоящему простил человека?

Могу привести такой пример из жизни. У нас были некоторые столкновения в молодежном клубе. В процессе дискуссии, прямо скажу, мы серьёзно поругались. Но благодаря тому, что ребята изложили мне свою точку зрения, я стал как будто богаче. У нас были разногласия, потом мы искали примирение, это было не очень долго, но после этого возникло чувство, что ты как будто заново обрёл друзей – эти братья и сестры стали тебе ближе, чем до того, как мы поспорили. Это ни с чем не сравнимая радость. В такой момент ты понимаешь, что прощение и примирение – это милость Божия.

Мы часто обижаемся совершенно напрасно. Бывает ведь, что человек себя ведёт так или иначе под воздействием стресса, психозов, лекарств. Если я попытаюсь в этой ситуации разобраться, и вспомню, что у человека в это время кто-то умер или собака болела, друг ушёл и не вернулся. То есть были какие-то факторы, которые влияли на него, помимо наших отношений, тогда мне проще его понять и простить. Обычно мы зациклены на ситуации «ты — я», а что у этого «ты» может быть вокруг ещё очень много людей и диалогов, мы не думаем. Хотя если попытаться в это вникнуть, принять другого станет легче.

Обычно в прощеное воскресенье люди звонят друг другу, или отправляют смс, в соцсетях делятся картинками, где написано «Прости меня». Как вы считаете, это нужно делать?

Мне кажется, это формализм. А ничто формальное не даст плода. Ведь в соцсетях мы посылаем чужую картинку. Зачем? Ведь сущность встречи – когда ты увидел живого человека, лицом к лицу. Разве это заменит сообщение по Интернету? И потом, мы же не знаем, что сейчас происходит с этим человеком, на каком этапе прощения он находится по отношению к нам. Я думаю, что когда Господь даст, и у меня в сердце воцарится мир, только тогда надо будет встретиться и поговорить с этим человеком, либо это произойдёт нечаянно. Ну а пока ты не отплакал в кладовке, как Досифей, и духовник тебе не сказал, что ты прощён от Бога, — чуда не произойдёт. Всё останется на том же уровне, несмотря на смски.

Бывает, что человек очень долго не может кого-то простить, и люди уходят из жизни, не примирившись. Что делать, если не успел попросить прощения у матери или отца, или кого-то ещё из близких?

Вы знаете, я замечаю, что у младшего поколения бывает целый комплекс требований по отношению к старшим: меня не так родили, не додали воспитания, каких-то благородных манер мне не привили, и ещё масса претензий по разным вопросам. Это губительное состояние и просто несправедливо по отношению к тем, кто подарил мне жизнь. Наверное, как смогли, так и вырастили, как сумели, так и воспитали. У родителей тоже были свои недостатки, окружение и прочее. А что не додали – ну, сам добери.

Нужно стремиться к перемене ума, вот эта метанойя – она возможна, пока мы живы. И если осталась обида – например, отец пил, или мама бросила в детском доме, надо переосмыслить и перерасти этот опыт. Надо подумать о том Отце, Который вызвал нас к жизни из небытия, может быть, какая-то другая Мамочка продолжает о нас заботиться? Если бы мы вели себя как верующие люди то от недостатка земных родителей и семей, мы переходили бы уже в большую семью Церкви и всего человечества. И нам было бы легче жить. Ну а если думать о куче недостатков в своей семье, родительской, бабушкиной, дедушкиной, так можно дойти до Адама и Евы, сваливая друг на друга вину. Ответственный христианин всегда скажет: это я виноват за то, что не использовал то, что мне было дано, ленился, роптал вместо благодарения.

Тогда возникает закономерный вопрос: а должны ли мы сами себя прощать за то, что мы такие плохие, ленивые, неблагодарные?

Я как-то у митрополита Антония (Сурожского) прочёл, что начало прощения – это когда мы можем простить Бога. Ведь, по сути, Господь забросил нас в этот мир, не спрашивая, хотим ли мы жить на свете. Попробуйте поставить такой вопрос: а, может, я вообще не на людей обижаюсь, а на Бога за то, что Он в такой жестокий мир меня послал, в такое неподходящее время?

А потом надо простить себя, потому что каждый из нас несовершенный человек. Конечно, созданный по образу и подобию Божию, догматически это так, но как плохо мы это подобие развиваем. И затем уже, поняв и простив себя, простить другого. Когда я вижу, что у меня есть недостатки, значит, и у других – родителей, братьев, сестёр, супругов, знакомых – у всех есть несовершенства. Но их Господь любит, терпит, растит, как цветочки… Я бы предложил такие три направления – простить Бога, себя и близких.